Главная  |  Новости  |  Интервью, TV, пресса  
   

Наташа Влащенко

"Публичные люди"

ДРУГАЯ ЖИЗНЬ
ЯН ТАБАЧНИК

 

КОГДА ВОПРОС КАСАЕТСЯ НАРУШЕНИЯ МОРАЛИ - Я ВОССТАЮ!

 

Выдающегося, известного в мире музыканта Яна Табачника я знаю много лет. Не то чтобы мы очень уж дружили (по крайней мере, на свою программу «Честь имею» он меня не зовет:)), но отношения всегда были честными и построенными на взаимном уважении. Поэтому я рада возможности, как говаривали в старину, засвидетельствовать свое глубокое почтение.
Ян Петрович - человек интереснейшей биографии, талантливый, яркий, умеющий дружить и помогать в трудную минуту. Немногие его критики могут похвастать тем же.

Ян Петрович, чем за эти годы стала для вас политика? Убежищем, возможно­стью продолжать то, чем вы занимались до парламента, или чем-то другим?

Простого ответа на этот вопрос нет. Конечно, для меня приход в политику - это насилие над собой. В 2004 году началась откровенная расправа надо мной, притом совершенно необоснованная, но, даже будучи при власти, они ничего не могли сделать. Почему? Потому что не было фактов против меня. Я - человек законопослушный: ничего не нарушал, ничего не украл, в отличие от очень многих в этом государстве, в том числе тех, кто меня в чем-то обвинял. Это была ложь, все сфабриковано. Хотя они настолько бездарны, что даже сфабрико­вать нормально не смогли. Но ты не забы­вай, что у меня трое детей. Единственным выходом спастись от преследования было уйти в политику, куда меня пригласили. Я сам лично не предлагал своих услуг. Всем понятно, что если бы я хотел попасть в парламент при Леониде Даниловиче, то, конечно, я бы туда попал.Я всегда занимался общественной деятельностью, помогал людям, отстаивал их права, защищая невинных. Я детей защищал, объездил все детские дома, а это стоит здоровья. У меня тут на стене в рамочке висит мое любимое изречение Матери Терезы: «Да, люди непоследовательны, неумны и эгоистичны. И все же люби их! Если ты делаешь добро, люди обвинят тебя в тайной корыстности и себялюбии. И все же твори добро! Если тебя сопровождает успех, ты наживаешь мнимых и настоящих врагов. И все же добивайся успеха! Добро, сделанное тобой, завтра же забудут. И все же твори добро! Искренность и открытость сделают тебя уязвимым. И все же будь искренним и открытым! То, что ты строил годами, может разрушиться в одно мгновение. И все же строй! Люди нуждаются в помощи, но они же станут упрекать тебя за нее. И все же помогай людям! Отдай миру лучшее, что имеешь, и за это получишь жестокий удар. И все же отдай миру лучшее, что у тебя есть! И когда наступит время окончательного анализа, это будет между тобой и Богом. Потому что это и так никогда не было между тобой и ими». Разве можно сказать лучше, особенно в наше время?

Что вы чувствовали в период, когда по­явились все эти статьи в прессе, когда не поднимали трубку люди, которых вы считали друзьями?

Я всю свою жизнь отдал искусству, людям. У меня грамоты еще от министра обороны СССР, министра сельского хозяйства СССР - за шефскую работу на селе, в Советской Армии, на БАМе! И это откровенное паскудство, когда какая-то мразь в полном смысле этого слова, недочеловек - без фамилии, без лица, без пола - пишет о тебе гадости в Интернете. Оно даже не «оно»! Но оно что-то пишет! Холуй, обслуживающий своего хозяина и ворующий у него же, как правило. Или же просто завистливый мутант!

Скажи, я когда-то позволил себе хоть об одном артисте плохое слово? Никогда в жизни! Позволил себе оскорбительно го­ворить о каком-то политике? Да мне претит! Я могу сказать в глаза - и делаю это всю свою жизнь. Они же умеют только ис­подтишка. А что может быть приятнее хо­лую, как не укусить барина под покровом темноты? Когда барина нет дома, холуй садится в его кресло, разжигает его трубку, одевает ночной колпак... но пьет из ночного горшка своего хозяина. Я сегодня пытаюсь ограничить круг журна­листов, с которыми общаюсь. К сожалению, мы убеждаемся, что ничего в этой жизни не проходит даром. Помнишь, была серия романов Дрюона «Проклятые короли»? Я думаю, у нас скоро появится серия «Про­клятые президенты», «Проклятые жур­налисты», потому что есть послужной список - что ты делал в своей жизни. Если ты всю жизнь занимался грязью, низостью - это тебе воздастся. Я уповаю только на Бога!

Ян Петрович, но вы нашли в политике то, что искали?

Чем я занимаюсь в политике? Тем, чем я занимался и раньше, до нее. Защищаю детей, стариков, помогаю людям. Сказать, что я нашел себя в политике, не могу. Я вообще не знаю, кто нашел себя в политике. Мне не известны такие люди. Очень часто критика оппозиции, безответственные статьи превращают все в какой-то омерзительный спектакль! Мне кажется, что вся страна стала «95-м кварталом»! Хотите писать - пишите! Это ваше право. Но должна быть какая-то ответственность!

Ваши коллеги говорят, что необходимо принимать законы, связанные с культурой. У нас нет закона о меценатстве и многих других законов, регулирующих деятельность различных сегментов культуры и образования. Почему закон о культуре так трудно провести в парламенте?

Наташа, это очень больной вопрос. Культура - область человеческой деятельности, свя­занная с самовыражением, творчеством человека, его повседневной жизнью. Культура является маркером и основой цивилизации. Сегодня идеологии в стране нет, но нет и культуры. Потому что культуру в государстве надо содержать! С чего она начинается? Культура начинается с сохранения тех ценностей, которые человечество оставило до нас. Философия, литература, театр, музыка, живопись - во всех этих сферах наши предки оставили нам бесценные сокровища, на которых сегодня можно строить духовность общества. Другое дело, кто должен этим заниматься?

Некоторые считают, что министерство культуры надо ликвидировать.

Во многих странах функции этого почтенного министерства исполняют департаменты по культуре и муниципалитеты. И ничего, справляются. Ведь госбюджет выделяет минкульту деньги, которые, как правило, не доходят по назначению. Такова система. Когда я пришел в парламентский комитет по культуре, у меня с его главой Яворивским была в принципе конструктивная работа. Я был у него первым заместителем. Когда началась эта история с дубляжем, я был уверен, что украинский дубляж отдадут киностудии Довженко. Я не против, чтобы дублировали. Почему в Англии должны разговаривать на английском, а в Украине на другом? Но оказалось, что дело не в этом.

Я тут начал читать последний роман Лины Костенко «Записки украинского сама- шедшего» и нашел там прекрасную мысль: «Если в других странах существует язык для общения, то у нас язык существует для разобщения». Потому что, когда я узнал, кто занимается дубляжем этих фильмов, я понял, что это очередной междусобойчик. Своим холуям дали подачку. Я сказал: нет, я в этом участвовать не буду. И ушел из этого комитета. (Смеется.) Перешел в комитет по борьбе с организованной преступностью и коррупцией. Когда вопрос касается нарушения морали - я восстаю! Поэтому я с удовольствием плюнул им в рожу в 2004 году. Побежали смотреть мои налоги и оказалось, что я не просто честно их плачу, а плачу больше всех артистов Украины вместе взятых! Поэтому я пришел в политику. Я всегда молю Бога о том, чтобы я ушел точно с такой совестью из политики, с какой я пришел туда.

Когда заходит разговор о публичных лю­дях, часто говорят, что элиты в стране нет.

Она есть. Просто ее не признают.

А кто у нас элита?

Пофамильно хочешь, чтобы назвал? В каждой профессии есть элита. Из украинских писателей я очень люблю Мыколу Бажана, Максима Рыльского, Ивана Драча, Виталия Коротича обожаю. Академика Толочко. Выдающийся человек! Хочешь знать мое мнение? Ничего никогда не будет в этой стране, пока в каждом классе, в каждой школе не будут висеть их портреты! Ты же понимаешь, что вся история строится не только на тех, кто выиграл сражение, убивал, вешал, расстреливал. История строится на великих ученых, на тех, кто написал что-то неумирающее, нарисовал что-то великое. Поэтому я призываю: давайте на десять лет забудем все распри! Перестанем друг друга обвинять. Десять лет будем строить страну, честно работать, не брать взяток, не оскорблять. Уберем все цвета, кроме государственного - желто-голубого. А вдруг у нас получится замечательная страна?! Ну не получится - давайте искать другие выходы! Давайте перестанем ловить рыбку в мутной воде, оскорблять другого - это низко, когда начинают затрагивать национальность человека! Это зоология уже! Расистская в прошлом Америка выбирает черного президента! Франция, у которой за плечами знаменитый процесс Дрейфуса, выбрала президентом еврея, притом еще и эмигранта! Мир меняется, меняются избиратели. У людей больше добра в душе! Они не выбирают своих полити­ков за гречку, водку и гривны.

Но раскол есть не только в оппозиции. Раскол есть и в вашей партии. Недавно все стали свидетелями публичной дис­куссии между Анной Герман и Дмитрием Табачником.

Когда два умных человека - Герман и Та­бачник - дискутируют между собой, это делает только честь той власти, в которой они есть. Значит, это не шайка, а люди, имеющие свое мнение.

Как вы считаете, судьбу украинской истории должен решать один человек, пусть даже и министр? Или это должен быть комитет, комиссия, скажем, из вы­шеперечисленных авторитетных людей? Нельзя же каждый год переписывать все, что с нами происходило.

Я тебе могу по этому поводу процитиро­вать Пастернака:

Ломиться в двери пошлых аксиом,

Где лгут слова и красноречьехрамлет?..

О! Весь Шекспир, быть может, только в том,

Что запросто болтает с тенью Гамлет.

Каждый народ имеет свою достойную историю. Но каждый раз придумывать ее нельзя. Почему мы не переписываем каждый раз Библию? Я считаю, что это не должно быть в руках одного человека. У нас достаточно светлых голов, которые могут сесть и написать достойный учебник истории. Некоторые фамилии уже звучали в этом интервью. Покамест они живы, надо пользоваться этим! Потому что придут опять какие-то ничтожества и начнут что-то придумывать на смех всему миру!

Я знаю, что вы в свое время объездили десятки тюрем и колоний. У нас колоссальное количество людей отбывает на­казание в жутких условиях. В свое время реформу этой системы пытался провести один из лучших ее министров Владимир Левочкин, который ушел в 2005 году. Что скажете о сегодняшней возможности ре­форм в этой сфере?

Владимир Анатольевич был потрясающим человеком. он знал изнутри эту проблему, делал все возможное, чтобы изменить систему. Рядом с ним были такие профессионалы, как Александр Пташинский, Штанько. Умнейшие, грамотнейшие люди! Они не исповедовали формулу «это зеки, а эта хозяева» - и близко такого не было! Генералы, которые поднялись с самого низа и хорошо знали нужды народа. Очень порядочные люди.

Я ведь тоже добивался помилования невинно осужденных. Иногда, читая некоторые материалы в газетах, хотелось спросить: «Ты, мразь, когда-то видел этих людей, которые умирают от туберкулеза, у них нет ни лекарств, ничего, ты когда-то видел этих несчастных детей, которые прошли сквозь ад? Ты хоть корку хлеба кому-то дал, негодяй? И ты еще можешь обо мне что-то писать?!» Когда я поехал по этим зонам, то на десятой зоне понял, куда я попал. Меня спрашивали: «Вы не боитесь?» А чего мне бояться? Там такие же люди. Я человек, которого знают. Люди больны туберкулезом, гепатитом, СПИДом, и они обступают тебя, ты с ними разговариваешь, не можешь надеть маску. А у меня дома маленькие дети! Просто надо быть мужиком. Вот тебе ответ на все.

Не жалеете, что фактически ушли со сцены ради общественной деятельности и политики?

Я шучу на эту тему. Был концерт у моего учителя Леонида Затуловского. Ему исполнилось 75 лет, я поехал его поздравлять в Черновцы. Вышел на сцену, сыграл несколько произведений, зал скандировал, аплодировал. Я засмеялся. Говорю: «Друзья, спасибо вам большое. Я рад встрече с вами, я в публику редко теперь выхожу». Играю на сцене и думаю: вот сидят мои коллеги-музыканты, знакомые, незнакомые. Начинаешь играть под фонограмму - говорят: он под фонограмму играет. Играешь вживую - говорят: так он же вообще не умеет играть! Думаешь: вообще играть не буду! Пришел сел в парламент. Говорят: лучше бы он играл! Людям не угодишь! (Смеется)


Хочу вас о младшем Левочкине — Сергее Владимировиче — спросить. Все-таки звезда украинской политики. С тремя Президентами работал. Он же рос у вас на глазах. В чем секрет, как ему удается при всех президентах быть на коне?


Я знаю семью Левочкина прекрасно. Более того, очень люблю эту семью! И очень люблю Сергея за то, что он интеллектуал, владеет иностранным языком, красивый представительный мужик. В политике это немаловажно. Но, видишь ли, в чем дело... Если начну говорить хорошо, скажут: «Табачник лизнул ж.», а я могу говорить о нем только хорошо.


У вас удивительная способность сохранять хорошие отношения с людьми, которые друг друга не любят или даже считают друг друга врагами. Чем вы руководствуетесь, оставляя человека в своем кругу общения?


Первое, что я стараюсь сделать, это помирить их. Я всегда говорил: если бы я начал говорить, то началась бы гражданская война. Я никогда не носил сплетен от одного к другому.


А если вам приносили — прислушивались?


Я стараюсь проверить их. И если это правда, то я отыграюсь. У меня нет такого: пусть говорят. Слово сказано - надо ответить.


Так может, просто вопрос человеку задать?


Я задаю. Более того, без стеснений. Хочешь сказать - пожалуйста, скажи. Но только в глаза. А не как крыса: высунулся, что-то ляпнул - и убежал.


Хочу поговорить о семье —любимая тема всех таблоидов. Сколько лет вы уже с Таней?


Старшему сыну исполняется в этом году 15 лет, то есть 17 лет вместе.


Долгий брак по сегодняшним меркам. Что, с вашей точки зрения, должно объединять мужчину и женщину, чтобы они долго были вместе?


Сначала людей объединяют чувства, потом - дети. Таблоидам не дает покоя, что у меня молодая жена. Что ж, у них свое мировоззрение, у меня свое, у Тани свое. Ты же знаешь жизнь Тютчева, который влюбился в подругу своей дочери. Традиции российского дворянства - брак с разницей в 20 лет. Такие браки были прочными и осмысленными. Есть чувство благодарности друг к другу, и ты понимаешь, что такое радость, удовольствие, за что ты служишь семье - своим детям, жене. И потом, когда Таня выходила за меня замуж, поверь мне, тогда вообще ничего не было в смысле материальной стабильности. Мы вместе все делали в этой жизни, все строили. Я всю свою жизнь работал. В этом году исполнится 50 лет, как я рабо­таю на эстраде. С мальчишек, с 16 лет.

То, что у вас позднее отцовство — это большой плюс, потому что к детям относишься иначе: в 20 хочешь в бар, на дис­котеку, а в 40 воспринимаешь ребенка как награду в жизни.


У меня (тьху-тьху) воспитанные дети. Недавно у старшего сына была проблема с позвоночником, он на тренировке ударился, и наша знакомая врач пошла с ним делать снимок. Они подошли к кабинету, и она хотела его провести без очереди. Он возмутился: «Как?! Здесь сидят старшие люди, а я пойду без очереди?!» Покраснел! Она мне рассказывает: «Какой парень у нас растет!» А я улыбнулся: «Папочка». Их школьные друзья приходят к нам в дом, я вообще не вмешиваюсь в это. С удовольствием смотрю на этих мальчишек.


Не спрашиваете, кто их родители?


Ты что?! Вспоминаю те годы, когда мы по двору бегали мальчишками и некоторые родители говорили своим детям: «Ты с этим не играй, а с этим играй». А мой отец говорил: «Играй со всеми». Когда была всеобщая ненормальная эмиграция в Америку, Израиль, все спрашивали: «Что он здесь сидит, не уезжает? И те, кто меня хорошо знал, отвечали: «Он же дружил со всеми - с украинцами, русскими, румынами. Он среди них свой». И сегодня на программе «Честь имею пригласить» сидят мои друзья детства и юности. Они не министры, не директора заводов, не бизнесмены, но они сидят у меня в гостях. И на мой день рождения они тоже приехали. Единственная просьба у меня была: не покупай мне подарка, принеси только цветы. Еще заплатил бабки, чтобы дорога ему ничего не стоила, оплатил гостиницу. Плачут.


В какой Украине вы хотели бы жить? И верите ли вы, что мечта осуществится еще при вашей жизни?


То, что Регионы выстрадали с 2004 года, - это было очень большое испытание для всех, и в первую очередь для Януковича. Он подвергался риску каждую минуту. Я знаю, что его хотели физически уничтожить. Выдержать это все, иметь такой характер - это не каждый человек смог бы. Это не Майдан, где они окружили себя тройным кольцом детей-студентов. Нет, он остался фактически один, поднял голову и вернулся. Я таким людям верю.
Что касается будущего, то прежде все­го мы должны признать: мы - сложная страна, мы очень тяжелый народ, но мы должны научиться жить все вместе в законопослушном обществе - Запад, Юг, Север, Восток. Это называется толерантность, веротерпимость, то, что должно быть в цивилизованном обществе. Когда этого нет, неминуемо наступает крах цивилизации. Украина достойна того, чтобы быть одной из самых лучших стран в Европе. У нас все для этого есть: природные ресурсы, талантливые люди, месторасположение. Единственное «но» коммуняки отучили нас работать. «Ставок» больше нет - надо научиться платить налоги, содержать страну, за нас никто ее содержать не будет. Я не думаю о себе, я думаю о детях. Я так хочу, чтобы они были счастливы.

 

 

 

 

 
 
Разработка сайта: FloMaster studio